Конное путешествие из Лубны в Париж
с 16 апреля по 19 мая 1889 года

Расстояние: 2457 верст (2633 км)
Количество дней: 30 (без учёта задержания) / 33 дней
Лошади: Влага - рост в холке 153 см, семь лет; гнедая без отметин, строевая, ремонтная (с 1886 года)
                          кобыла новороссийской породы, имела приз за манежную езду.
             Диана - рост в холке 158 см, пять лет; тёмногнедая, задние ноги по щетку белые, собственная,
                         англо-донской породы 3/4 крови, конный завод братьев Иловайских. От чистокровного
                         английского жеребца "Эмира" и "Кубы". 

Маршрут: Лубны (Полтавская губерния) - Киев - Житомир - Новоград-Волынский - Ровно - Луцк - Владимир-Волынский - Замостье (ныне Замость) - Янов (Янув-Любельский) - Завихост - Иваниская - Козегловы - Хербы - Нейсе (Ныса) - Глац - Наход - Юнгбунслау (Млада-Болеслав) - Мельник - Цитов (Cítov) - Вражков (Vražkov) - Страшков (Straškov-Vodochody) - Карлсбад (Карловы Вары) - Франценсбад (Франтишкови-Лазне) - Заац (Зельб) - Кульмбах - Бургунштадт - Лихтенфельс - Эберн - Швайнфурт - Карлштадт - Ашаффенбург - Дармштадт - Кройцнах - Морбах - Трир - Гревенмахер - Люксембург - Лонгви - Монмеди - Бюзанси - Реймс - Виль-ан-Тарденуа - Шато-Тьерри - Ла Ферте-Су-Жуар - Мо - Клеи - Ливри-Гарган - Париж

Удивительно, но это единственная фотография Михаила Васильевича Асеева которую удалось разыскатьМихаил Васильевич Асеев родился в Тифлисе (ныне Тбилиси) 17 октября 1864 года в семье генерал-майора, бывшего командира 1-ого Пластунского батальона Кубанского казачьего войска. В 1885 году окончил курс в Елисаветградском кавалерийском училище по 1-ому разряду и с Высочайшей наградой. По окончании училища служил корнетом в 26-м драгунском Бугском полку, который был расквартирован в городе Лубны (Полтавская губерния). С 1885 года заведовал полковой охотничьей командой. 

После осенних манёвров 1888 года в офицерском кругу кто-то вспомнил, что 15 лет назад венгерский гонвед граф Зубович совершил конное путешествие верхом из Вены в Париж, и этот факт оставался самым значимым. Разговор на эту тему вызвал оживленную беседу. Суть свелась к тому, что не только русская фронтовая или офицерская, но и английская лошадь не смогут сделать подобный пробег. Подобная поездка могла бы быть осуществима на переменных лошадях, то есть при замене одной лошади на другую, и что всадник, выдержавший такой путь, был бы исключением. Некоторые высказали мысль, что сибирская или киргизская лошадь могла бы выдержать это путешествие. В общем, пришли к выводу, что путешествие графа Зубовича было исключением. Михаил Васильевич тогда сказал, что сделает больше и проедет из Лубен до Парижа во время своего отпуска весной во время Всемирной выставки. Офицеры рассмеялись и усомнились. Тогда же и условились, что корнет Асеев поедет на своей лошади и возьмет ещё одну фронтовую лошадь. Наиболее скептически настроенные офицеры высказывали мысль, что лошади сдохнут ещё не доезжая до Парижа, а сам всадник свалиться гораздо раньше. 
Прошло некоторое время, и на собрании офицеров его спросили о маршруте его поездки. 
"- Я выбираю прямой путь в Париж, - объяснил Михаил Васильевич. - Маршрут мой - прямая линия, Киев - Париж."
Принесли 60-ти верстовую карту и протянули шелковую нить от Киева до Парижа. 
Шло время, и разговор стал забываться, однако, вопросы оставались:
1) каков предел дневной работы лошади, когда уход за ней лежит лишь на самом всаднике, который должен заботиться не только о лошади, но и о собственных силах, готовности к следующему переходу;
2) есть ли предел количества дней работы лошади или она может работать изо дня в день;
3) нужно ли для длительного конного путешествия как-то особенно тренировать лошадь, как для скачек, или же довольно того, чтобы она была только здорова;
4) может ли обычная фронтовая лошадь, безо всяких тренировок идти сразу в конный поход, и долго ли она выдержит требуемую от нее службу.
Такие вопросы могли быть разрешены только практикой и имели огромное значение для кавалериста и в особенности офицера. 
Имелись и практические задачи:
Выяснить требования к кавалеристу: приёмы марша, гигиены, способы ухода за лошадью и её кормления, лучшие типы снаряжения, ковки и прочие условия.
Наступило время отпуска и назначили дату отъезда - 16 апреля. Обе кобылы, "Влага" и "Диана" к тому моменту не были специально  тренированы к поездке. У  Михаила Васильевича оставалось время только подковать лошадей. Лошадей подковал старший полковой кузнец Антон Ефимов на все четыре ноги. Подковы были выбраны старого образца с тупыми шипами, у которых зацепы и шипы были стальными, они были выкованы специально для похода и должны были выдержать путь в 1300 верст (~1380 км). 

На рассвете 16 апреля 1889 года корнет Асеев уехал верхом в Париж. С точки зрения погоды было не очень удачно. Путешествие началось в пасмурную и дождливую погоду с холодным ветром. Весенняя распутица доставляла большое неудобство и всаднику, и лошадям. 

С самого начала своего путешествия Михаил Васильевич разработал схему введения лошадей в работу:
1) принять аллюры: широкий шаг и крупную рысь;
2) развить постепенно ход лошадей до 11 километров в час, держать поровну 10 минут на рыси и 10 минут на шагу;
3) в горах, всюду, где местность позволяет, идти рысью, но не более 10 минут (2,5 км) за один раз. Надо заметить, в местах даже с лёгким уклоном вниз, рысь никогда не применялась в виду опасности набивки и ослабления передних ног лошади;
4) обоих лошадей заставлять ежедневно работать под седлом; с утра первые 48 - 53 км ехал на "Диане", а после привала 48 км на "Влаге";
5) на переходах более 110-115 км пересёдлывать лошадей два раза;
6) определять силу и бодрость лошадей по количеству съеденного овса, а в зависимости от этого и величину предстоящего перехода;
7) пока организм лошадей, привыкнет к регулярной работе и питанию, сначала кормить исключительно отрубями и сеном и лишь затем перейти к овсу пополам с отрубями и потом к овсу без отрубей и изредка добавлять соль. В среднем лошади съедали в сутки по 16-17 кг овса и 4 кг сена.
Чтобы постепенно развивать правильное дыхание у лошадей:
первые три дня - движение только шагом;
четвёртый день - умеренная рысь не более 5 минут каждые полчаса;
пятый день - рысь по 5 минут каждые 25 минут;
с шестого дня - 10 минут шаг и 10 минут рысь поровну.

Эти расчёты нужно было проверить на практике. Трудность ещё была в том, что лошади небыли съезжены, и только через неделю они привыкли друг к дугу.

Из города Лубны Асеев поехал старым трактом на Киев, и дорога была не лучшего качества, из-за этого порой лошади тонули в грязи. Ночевать приходилось где придется, используя лишь башлык и бурку. Выезжал корнет рано, проезжая в сутки по 11 часов.

В Киеве Асеев остановился в монастыре, где впервые получил достойное место для отдыха не только для себя, но и для лошадей. Из-за разлива рек, многие участки первоначального пути были заболочены, и Михаилу Васильевичу пришлось поменять маршрут и поехать через Житомир. 

При въезде в Новоград-Волынский корнет Асеев был арестован. Его приняли за австрийского гонведа. Стражей порядка смутил загранпаспорт. Путник был подвергнут обыску, и были найдены описания его пути. Его допросили, и недоразумение разрешилось, но пока информацию уточняли, Михаил Васильевич и его кони два дня прожили на квартире у исправника. Это происшествие случилось через две недели пути, и только теперь в полку узнали, где находиться всадник.

Без особых приключений были пройдены Ровно, Луцк, Владимир-Волынский, Грубешов и Замостье. В городе Янов до путника дошла информация, что пришла бумага, в которой предписывалось вернуться в полк, но воинского начальства не оказалось на месте, и никто не знал есть такое распоряжение или нет. Внимание к его путешествию со стороны полицейских побудило изменить первоначальный маршрут, и теперь Асеев являлся сам отметиться у полицейского начальства. Через р. Вислу Михаил Васильевич перебрался у Завихоста обойдя австрийскую границу.

Граница была неподалёку, и у Асеева постоянно проверяли документы, уточняли личность. На Гнездовском кордоне ему отказали в проходе, узнав, что в Хербахе (Хербы) у него есть знакомый офицер пограничной стражи, предложили ехать в этот населённый пункт. Знакомый офицер встретил путника не доезжая Хербы. Ночью перейти границу было нельзя, пропуск был открыт только с восхода до захода солнца.

Утром 1 мая, 15 дней после начала своего пути, Михаил Васильевич Асеев покинул Россию и перешел границу.

За границей ношение военной формы разрешалось только в некоторых, исключительных случаях. Поэтому, башлык и бурка, при проезде Ровно, были отправлены в часть, что уменьшило вес снаряжения на 4,5 кг. Во время первой ночёвки в Силезии Асеев остановился у лесника, и со своего офицерского пальто пришлось срезать пуговицы и другие атрибуты, а форменную фуражку заменить на картуз. 

В Германии Михаил Васильевич, чтобы было меньше шансов быть арестованным, стал заходить к жандарму в одном городе и просить письмо к следующему. Это помогало, но было затруднение, так как Асеев не мог говорить на немецком языке. Мимика и смесь слов на русском. немецком и французском помогала разъяснить, что необходимо всаднику.

При переходе границы в Богемии, на лошадей поставили таможенные пломбы, несмотря на протесты Михаила Ассеева, но как оказалось позже, это сослужило положительную службу. Когда возникали вопросы, всадник указывал на пломбы, и тот или иной страж порядка осматривал их и пропускал всадника. Шлагбаумы и остановки стали частыми, что расстраивало корнета, так как лошади не могли набрать ход.

Столкнулся путешественник ещё с одной проблемой, жители не могли верно указать дорогу, поэтому Асеев часто сбивался с пути и ехал не туда. Приходилось заново искать путь. Однажды в Богемии заблудившись, поехал по трое уже темнело, и дорога кончилась, пришлось ехать по пашне рискуя получить штраф, который мог быть  больше, чем стоимость обеих лошадей. Когда стемнело, удалось выехать на дорогу, которая была завалена камнями. Пришлось ехать ночью. Всадник увидел огоньки и поехал туда, но в деревне его не пустили на ночлег, и пришлось продолжить движение до следующей. 

Гористая местность замедляла ход, часто встречались серпантины вверх и в низ, на которых приходилось идти шагом.

В Дармштадте второй раз пришлось перековать лошадей. Первый раз был в Богемии (~1300 верст). Последние подковы выдержали только 600 (~640 км).

У города Гревенмахер вторично пришлось пересекать границу Германии с Великим герцогством Люксембургским. Цель была близка. Герцогство Люксембург было пройдено в один день. Наши путники мчались во весь опор, когда к ним бросились два человека, вооруженные револьверами. Зная, что в городе Лонгви границы сразу четырёх государств - Бельгии, Германии, Голландии и Франции, и опасаясь поехать не туда Асеев  спросил: "Какая это граница?" и получил ожидаемый ответ: "Французская республика." Михаил Васильевич перешел французскую границу. До Парижа оставалось всего менее 300 вёрст (~295 км). Всадники и лошади были здоровы, и дальнейший путь казался лёгким. 

Прошло ровно 30 дней пути, если бы не было задержек в пути, то сегодня, 16 мая , путешественники были бы уже в Париже. У полицейского комиссара в Логви он узнвал, что им интересовался генерал Николай Дементьевич Новицкий, который предписал военному агенту в Париже, генерал майору,  Льву Александровичу Фредериксу оказать корнету Асееву возможное содействие во Франции. 

Погода и дороги были прекрасны, везде всаднику был оказан радушный приём. Однако, между городами Ла Ферте-Су-Жуар и Мо опять пришлось проблуждать целую ночь.

В Ливри Асеев сделал значительный привал. Местные жители, узнав, что Михаил Васильевич русский всадник, собрались большой толпой, чтобы приветствовать всадника. Как только Михаил Васильевич вышел на улицу, так раздалось приветствие "Vive la Russie!" (Да здравствует Россия!). Это приветствие стало сопровождать путника. 

Было пять часов вечера 19 мая 1889 года, когда Михаил Васильевич рысью въехал в Париж.. Не зная города, он поехал в Гранд-отель Terminus, Сен-Лазар, о котором узнал из газеты "Новое время" ещё в России. Явившись в российское консульство, корнет узнал, что ему выделено отдельное помещение в гостинице "Континенталь"

Цель поездки была достигнута. Михаил Васильевич отказался от приёмов в его честь, сославшись на то, что он не знает языка, как необходимо носит статутное платье и местный офицерский этикет. Кроме того, его поездка была не официальная, и он не может представлять русскую кавалерию. 

По результату поездки было отправлена депеша Августейшему Генерал-инспектору кавалерии. Было приказано, чтобы всадник и лошади Влага и Диана были сфотографированы в том же виде, как они приехали в Париж. Всадник все же не избежал официальных представлений местным властям. Генерал Ротвиллер, начальник 5-й драгунской бригады упросил Асеева поставить лошадей в свою  конюшню, и первым из французских начальников приветствовал Михаила Васильевича. Не избежал встречи корнет и с генерал-губернатором Парижа, генералом Сосье. По его указанию Диана и Влага были поставлены в 1-ом эскадроне 6-ого Драгунского полка около Выставки, в древних казармах Дюпле (Duplex). Вскоре слух о замечательном подвиге кавалериста из России облетела все государства. Михаил Васильевич получил приглашение от президента скакового общества, принца Саган провести Диану и Влагу перед членами общества. Знатоки были в восторге от состояния лошадей, им не верилось, что эти кони проехали почти всю Европу. Корнета стали упрашивать продать кобыл на разведение. С согласия Асеева лошади на некоторое время были выставлены на Всемирной выставке. Выставляя лошадей Михаил Васильевич хотел презентовать и прорекламировать российскую породу лошадей, её выносливость. Большее внимание специалистов уделялось Влаге, как представительнице русской породы, хотя Диана была красивее, но английского типа, которым иностранцам был знаком.

Приёмы, встречи, обеды, приветствия, однако отпуск подходил к концу. Нужно было думать, куда пристроить лошадей. Продать безвозвратно Асеев их не хотел. В результате Михаил Васильевич уступил их одному французскому кавалеристу с условием пенсионного выкупа, и 31 августа Асеев выехал из Парижа под крики провожающих "Vive la Russie!". Если бы корнет задумал ехать обратно верхом, то десятки всадников готовы были совершить конное путешествие в Россию в сопровождении русского офицера. 

Казалось бы приключения уже закончились, и четырёхдневная поездка на поезде должна была стать утомительной и скучной. Однако, Михаил Васильевич чуть не погиб около Ровно, между станциями Щепетовка и Славутой. На паровозе разорвало цилиндр, коромысло и рычаг, и только благодаря профессионализму и находчивости машиниста, все пассажиры были спасены.

Поле возвращения в полк, Михаил Васильевич был командирован в Санкт-Петербург в офицерскую кавалерийскую школу. По завершению которой, по Высочайшему повелению, он переведен в лейб-гвардии Уланский Ея Величества полк.

Михаил Васильевич сделал военную карьеру:
В декабре 1893 получил звание Поручик, а в 1896 году гвардии Штабс-Ротмистр.
С 1896 года стал Капитаном Генерального штаба при Киевском военном округе.
В 1899 году окончил Николаевскую академию Генерального Штаба по 1-ому разряду.

С 24 октября 1901 по 24 октября 1902 года осуществлял цензовое командование эскадроном в 26-ом драгунском Бугском полку.
С 26 ноября 1901 по 06 декабря 1902 года был старшим адъютантом штаба 44-й пехотной дивизии.
6 декабря 1902 получил звание Подполковника и назначение Старшим адъютантом войскового штаба Войска Донского по 30 сентября 1904 года.
С 30 сентября 1904 по 13 июля 1910 года Штаб-офицер при управлении 63-й пехотной резервной бригады.
6 декабря 1906 года получил звание Полковника и был прикомандирован к артиллерии, где и прослужил до 28 октября 1909 года.
С 13 июля 1910 по 9 октября 1912 года назначен Начальником штаба 3-й Кавказской стрелковой дивизии. Для ознакомления с общими требованиями управления и ведения хозяйства в кавалерийском полку с 6 мая по 23 сентября 1911 года был прикомандирован к лейб-гвардии Уланскому Ея Величества полку.
С 10 июня по 10 июля 1912 года был прикомандирован к пехоте.
С 9 октября 1912 по 20 июня 1913 года - Командир 18-го драгунского Северского полка.
С 20 июня 1913 по 23 июля 1914 года - Командир 10-го гусарского Ингерманландского полка. Участник первой мировой войны.
С 14 ноября 1914 по 1 января 1916 года состоял в резерве чинов при штабе Киевского военного округа.
18 ноября 1916 года получил звание Генерал-майора, уволился со службы из-за болезни

Несмотря на то, что в находясь в Париже, по приказу Его Императорского Высочества, Михаил Васильевич и лошади были сфотографированы в компании, Конная фотосъемка у г. Луи-Жан Дельтона (Louis-Jean Delton). Эти фотографии были распечатаны и распроданы по всему миру большим тиражом. Однако, нам удалось найти только одну небольшую фотографию Михаила Васильевича Асеева и его лошадей Влаги и Дианы. Более поздних фотографий найти не удалось.

 

Вернуться назад к Истории конного туризма


 

ОБ АРКТ НЦКТ | О КОННОМ ТУРИЗМЕ | КОННЫЕ МАРШРУТЫ, ПОХОДЫ, ПУТЕШЕСТВИЯ
ДИСТАНЦИИ КОННЫЕ - TREC | РАБОЧАЯ ВЫЕЗДКА | КОННЫЙ СКИДЖОРИНГ | КОНТАКТЫ
Кодекс этичного поведения по отношению к лошади в конном туризме
Инструкция по технике безопасности при общении с лошадью и верховой езде
История конного туризма

 

 

 

Форма входа
Мы представляем Россию в FITE
Международная федерация конного туризма
Translate
Календарь
«  Декабрь 2022  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Партнеры и спонсоры
Мы в сетях:
.
Наш опрос
Каким из видов конного туризма Вы желали бы заниматься или занимаетесь?
Всего ответов: 191
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Архив записей
Добавь ссылку в соц. сети: